БЕЛОРУССКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ТЕХНИЧЕСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

logoOAPP

КАФЕДРА

«ОРГАНИЗАЦИЯ И АНАЛИЗ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКИХ ПРОЦЕССОВ»

Институт повышения квалификации и переподготовки кадров по новым направлениям развития техники, технологии и экономики

г. Минск, Партизанский пр-т 77, 10-й корпус БНТУ. каб. 403, тел. (017) 295-42-25; 296-45-60, (029) 103-91-06 Велком

Экономика Беларуси

Деловое сообщество Беларуси так и не дождалось структурных реформ. Л.А. Желтонога

Наш бизнес.  БР1212 с52

Деловое сообщество Беларуси так и не дождалось структурных реформ
Леонид ЖЕЛТОНОГА, заведующий кафедрой «Организация и анализ предпринимательских процессов» ИПК и ПК Белорусского национального технического университета.

Редакция журнала «Бизнес-ревю» предложила белорусским экономистам и аналитикам подвести итоги прошедшего года. Каждый эксперт по традиции ответил на три вопроса.

1. Какие решения в области экономики, принятые в течение 2012 года белорусскими органами власти, можно записать им в актив и почему?
2. Были ли приняты в течение года решения, которые, на ваш взгляд, можно назвать мертворожденными или, возможно, даже опасными с точки зрения перспектив экономического развития страны?
3. Что могло быть принято в текущем году, но чего так и не дождалось от властей деловое сообщество Беларуси?

Деловое сообщество Беларуси так и не дождалось структурных реформ
Леонид ЖЕЛТОНОГА, заведующий кафедрой «Организация и анализ предпринимательских процессов» ИПК и ПК Белорусского национального технического университета (www.bntu-lg.by)
1. Прежде всего это опыт, который получили руководство Нацбанка и его аналитический центр от управления денежно-кредитной политикой в условиях кризиса. Нацбанку удалось достичь валютной стабилизации. Но какой ценой? Высокие процентные ставки подавили экономический рост. Это в условиях критического валового внешнего долга недопустимо. Ситуация может получить развитие по греческому сценарию. У Республики Беларусь схожая проблема с валовым внешним долгом, особенно с его краткосрочной частью. Отметим, что краткосрочный госдолг в размере $3 млрд (такая цифра озвучена правительством) еще можно рефинансировать -например, за счет выпуска еврооблигаций, что пойдет в актив белорусским органам власти. Однако вопросы рефинансирования краткосрочного корпоративного внешнего долга остаются нерешенными. 

Проблема в экономике усугубляется появлением «навеса» из валютных обязательств. Это вызвано высокими процентными ставками по кредитам в белорусских рублях и сравнительно низкими — в валюте. При возникновении оттока капитала этот «навес» будет его усиливать.  

В этих условиях падение темпов экономического роста и обусловленные этим проблемы рефинансирования краткосрочного внешнего долга могут вызвать самоусиливающийся отток капитала, что приведет к девальвации белорусского рубля даже в условиях высоких процентных ставок. Подобная ситуация была в экономике РФ в 1998 году. Несмотря на высокую ставку рефинансирования (120% годовых) и кредит МВФ, из-за оттока капитала произошла четырехкратная девальвация российского рубля. В настоящее же время ситуация с рефинансированием валового внешнего долга усугубляется европейским долговым кризисом и вероятностью фискального обрыва в США. В результате, по сведению западных аналитиков (Изабелла Каминская, Крис Кларк и др.), крупные западные банки перестали давать в кредит долларовое фондирование. Это может заблокировать и без того дорогое кредитование, идущее на рефинансирование валового внешнего корпоративного долга. В этих условиях корпоративный сектор должен использовать другие — новые — схемы кредитования. Нужно выходить на мировые финансовые рынки, в том числе на российские и китайские, с еврооблигациями, использовать в качестве кредитования 
своп-схемы, казначейские облигации ведущих стран и рынок страховок от их дефолтов, фьючерсы на евродолларовые депозитные сертификаты, на нефть, медь, пшеницу и т.д., а также другие финансовые инструменты. 

Предложение правительства об аккумулировании капитала для кредитования экспорта также можно отнести к его активам. Для его реализации опять же потребуется выход корпоративного сектора на международные финансовые рынки.

2.  Да, были, это национализация в кондитерской промышленности. Она приведет к ухудшению инвестиционного климата и нанесет серьезный удар по формированию отечественного фондового рынка, основная цель которого — переток сбережений в инвестиции. Отсутствие этого перетока в экономических условиях Республики Беларусь заблокирует ее развитие, т.к. инвестиции могут быть реализованы только на конфискаци-онной основе, как в СССР. Все это в конечном счете неблагоприятно скажется на росте нашей экономики, происходящем за счет инвестиций.

3. Деловое сообщество Беларуси так и не дождалось структурных реформ. Реализация квазижесткой денежно-кредитной политики, проводимой Национальным банком в условиях осуществленных структурных реформ, обеспечила бы, на мой взгляд, как финансовую стабилизацию, так и рост экономики страны.

Недооцененный потенциал Беларуси — это банковский сектор. Л.А. Желтонога

Недооцененный потенциал Беларуси — это банковский сектор

Леонид ЖЕЛТОНОГА, заведующий кафедрой «организация и анализ предпринимательских процессов» ИПК и ПК Белорусского национального технического университета

1. Наиболее недооцененным является банковский сектор, который в случае проведения реформ в экономике страны в направлении долговременного роста может сильно «выстрелить», как это было в России в 2003-2007 годах (акции Сбербанка РФ выросли в несколько раз). Естественно, в нынешних условиях, тем более после недавней девальвации, этого ожидать в ближайшее время не стоит. Но в случае подъема экономики, проведения всех реформ банковский сектор может действительно оказаться очень перспективным — он способен расти сколько угодно. Тем более в условиях глобализации, которая всегда сопровождается именно ростом финансов. Ведь, в отличие от завода, развитие которого ограничено его мощностями, в банковском секторе подобных ограничений нет.

Мое мнение: Беларусь при хорошем стечении обстоятельств может превратиться в Швейцарию. Там проживает 8 млн человек, у нас — около 10 млн. Но ВВП Швейцарии несравним с нашим: у них сильно развит банковский сектор. А что нам мешает его развивать? Понятно, что это процесс длительный и займет не год и не два. Но мне кажется, что один из главных потенциалов в Беларуси, который явно недооценен, — это именно финансовая часть и банковский сектор.

2. Когда-то в 1993 году я писал доклад для одного депутата, в котором точкой роста для Беларуси назвал логистику. Но время прошло, и эта возможность упущена: сейчас логистику я бы к точкам роста не относил. Возможно, и не все потеряно, но развитие логистики в ближайшее время будет зависеть от того, каким окажется кризис в еврозоне.

   В краткосрочном плане любая отрасль может стать точкой роста — и пищевая промышленность, и сельское хозяйство. В конце концов, у нас есть традиционные отрасли — продажа калийных удобрений и нефтепереработка. Но все это — вчерашний и сегодняшний день.

Конечно, сворачивать деятельность и «убивать» эти отрасли не стоит, но нужно смотреть и в будущее, надо искать что-то новое. А в долгосрочном плане, как я уже отмечал, для Беларуси перспективным является банковский сектор.

   В то же время, чтобы в экономике появились новые точки роста, власти должны в первую очередь поднять уровень образования, в том числе дополнительного. Ведь мы не знаем, что «выстрелит»- через несколько лет и станет этой самой точкой роста — биология, нанотехно логии или еще какая-нибудь сфера. Поэтому люди должны быть образованными и готовыми к инновациям. К каким инновациям — мы не знаем, но готовность должна быть. Пока же наше образование ориентировано на констатацию факта: есть рабочее место — под него нужно подготовить специалиста. Сегодня система образования не готова к переменам — нет даже соответствующего профессорско-преподавательского состава. Но с другой стороны, нет и требований к его качеству — преподаватели нового склада пока не нужны. А когда возникнет востребованность, появятся и преподавательские кадры.

3. Я согласен с тем, что в рамках этой стратегии в долгосрочном плане произойдет технологическое отставание нашей экономики. В краткосрочном — действительно, наши предприятия от Таможенного союза и Единого экономического пространства получат экономическую выгоду. Однако не будет новых идей — мы просто сохраним статус-кво. Если задуматься, то мы сегодня производим те же товары, что и в СССР: естественно, лучшего качества, новых моделей, но по сути — те же самые. Нового ничего нет, а рынок постоянно требует новых идей.

   Конечно, у нас есть неплохие ноу-хау — например, в тех же институтах Национальной академии наук. Но они так и остаются на уровне разработок. Чтобы выводить их на рынок, необходимо венчурное предпринимательство, с помощью которого эти научные разработки можно будет довести до коммерческих проектов. Этого у нас нет. ЕЭП наверняка принесет нам в ближайшей перспективе экономический рост, но в долгосрочном плане нас ждет отставание.

 

Бизнес-ревю № 6-7 (98-99) июль-август 2012

Торговый дефицит, покрывать который придется за счет внешних заимствований, у нас будет закономерным явлением

Торговый дефицит, покрывать который придется за счет внешних заимствований, у нас будет закономерным явлением

ПАДЕНИЕ ЭКОНОМИК ГРЕЦИИ, ИСПА­НИИ, ПОРТУГАЛИИ И ИТАЛИИ ВЫСВО­БОЖДАЕТ ЭКСПОРТ ГЕРМАНИИ, КОТО­РЫЙ ГДЕ-ТО ДОЛЖЕН НАЙТИ СЕБЕ ПРИМЕНЕНИЕ. ЧЕРЕЗ ПРИТОК КАПИТА­ЛА НЕМЕЦКИЙ ЭКСПОРТ БУДЕТ ВХО­ДИТЬ В РОССИЮ И ОПОСРЕДОВАННО - В БЕЛАРУСЬ

Ответы Леонида Желтоноги, заведующего кафедрой «Организация и анализ предпринимательских процессов» ИПК и ПК Белорусского национального технического университета,  на вопросы корреспондента журнала «Бизнес-ревью» Павла Берестнева.

1.      Вопрос:  Значительная и растущая с созданием Единого экономического пространства интегрированность Беларуси в российскую экономику предполагает перенос в нее всех рисков, которые возникают в соседней стране. Насколько опасна для белорусской экономики рецессия, в которую входит сейчас Россия? Есть ли возможность избежать или смягчить ее последствия для национальной экономики?

Леонид Желтонога:Сценарий, о котором мы говорили в прошлых номерах «Бизнес-ревю», когда экономика России находится в стагнации, а потом входит в рецессию, полностью подтверждается. Об этом также пишут эксперты российской Выс­шей школы экономики: они составили для правительства РФ два сценария развития российской экономики до 2015 года — очень плохой и плохой. Оба предусматривают падение ВВП, девальвацию и отток капитала.
Плохой сценарий наиболее реали­стичен при сохранении цен на нефть на уровне $100 за баррель и бегства капитала в объеме не менее $90 млрд в год. ВВП в таком случае вырастает всего лишь на 3% в этом году и упадет на 2,6% в следующем, девальвация российского рубля составит 10% уже в текущем году.
Очень плохой сценарий предполагает повторение спада на сырьевых рынках 2008-2009 годов. В этом случае, как прогнозируют эксперты, цена на нефть составит $70 за баррель в 2013 году и $80 за баррель в 2014-м. Это будет со­провождаться более сильной девальва­цией (на уровне 20-25%), разогревом инфляции, увеличением проблемы бюд­жета, падением ВВП в 2013 году на 5,6%. В результате правительство будет вынуждено использовать средства резервного фонда и полностью потратить весь запас уже к началу 2014 года.
Рецессия в России будет иметь фунда­ментальный характер, который обусловлен оттоком капитала.
Отток капитала наблюдается и из Бразилии, Китая, Индии, ЮАР и России — из всех стран БРИ КС. Если раньше страны БРИКС были локомотивом роста миро­вой экономики, то теперь они являются тормозом. Опасения вызывает не только масштаб оттока капитала из экономики России, но и тот факт, что он происхо­дит на фоне роста внешнего долга, кото­рый достиг $614 млрд в I квартале 2013 года. Он вырос на $75 млрд в 2012 году и еще на $46 млрд в I квар­тале этого года. Тогда как чистый отток капитала составил $54 млрд в прошлом году и $25 млрд за I квартал нынешне­го. Увеличение внешнего долга в этих условиях не приводит к ускорению эко­номического роста, т.к. наступает риск продолжения оттока в будущем, что свя­зано с ростом стоимости обслуживания внешнего долга.
Что значит отток капитала? Это не только падение инвестиций и давление на курс рубля, но и то, что ЦБ РФ каж­дый день делает интервенции, чтобы удержать курс. Из-за этого автоматиче­ски поднимаются процентные ставки, что также приводит к падению экономи­ки. Получается замкнутый круг: про­центные ставки надо уменьшать, чтобы каким-то образом противостоять вхожде­нию в рецессию, а они в лучшем случае остаются на прежнем уровне. Россия еще пока не в рецессии, а только лишь в стагнации. Но если процентные ставки не уменьшить и не девальвировать рос­сийский рубль, то экономика войдет в рецессию. Фактически ничего сделать нельзя — это фундаментальный про­цесс, который завязан на притоке капи­тала в российскую экономику от нефти: рост цен на нефть привел к профициту торговли в России, росту российских ак­тивов и инфляции, росту ВВП за счет роста потребления (в основном) и инве­стиций. Если в 2000 году ВВП России был $259,7 млрд, то в 2012-м — $2,4 трлн. И на этом Россия достигла своего предела: укрепление российского рубля на фоне торгового профицита сде­лало экономику РФ неконкурентоспо­собной. Поэтому основной рост в России дает потребление. Недаром акции ритейлеров «Магнит», «Дикси» имели очень серьезный рост на фоне падения акций таких основополагающих компаний, как «Газпром», «Роснефть» и др. То есть экономика России нащупала свой есте­ственный предел, и теперь нужна силь­нейшая девальвация, ребалансировка, иначе Россия войдет в рецессию.
Также следует учитывать, что РФ, как и Беларусь, находится в поле дея­тельности таких суперстран-экспортеров с профицитом торговли, как Китай и Германия. Очень важный момент: па­дение экономик Греции, Испании, Пор­тугалии и Италии высвобождает экспорт Германии, который где-то должен найти себе применение. Через приток капитала немецкий экспорт будет входить в Рос­сию и опосредованно — в Беларусь.
Все разговоры о модернизации рос­сийской экономики закончились только разговорами и воровством из бюджета. Поэтому мы попали в очень серьезное перераспределение: наш экспорт в основном идет в Россию, а если она войдет в рецессию, то экспорт в том объеме, в котором нам необходим, будет невозможен. Российская Федерация не будет покупать наши товары в прежнем объеме. Выйти с экспортом в другие страны мы не можем, потому что в мире так устроено, что если в одной стране торговый профицит, то где-то в другой стране должен быть торговый дефицит. Все в этом мире уже сбалансировано. Куда мы денем свой высвобождающийся экспорт? Кроме как в Россию его неку­да будет пристроить. К тому же высво­бождающийся экспорт из Германии бу­дет давить на нашу экономику, не давая развиваться экспортоориентированным предприятиям, — конкуренция с Герма­нией не в нашу пользу.
Таким образом, Беларусь оказывается совсем в других обстоятельствах, в кото­рых мы сможем развиваться только в условиях отрицательного текущего счета. Торговый дефицит, покрывать ко­торый придется за счет внешних заим­ствований, у нас будет закономерным явлением. Мы должны будем четко управлять валовым внешним долгом, со­гласовывать его с объемом валового вну­треннего продукта и торговым дефици­том. Будем вынуждены, как Греция, ре­финансировать свои долги. Отсюда основная задача — уменьшение стоимо­сти обслуживания нашего долга.

 

2.     Вопрос:  Происходящая в мире «сланцевая революция» может создать серьезные проблемы для российской экономики в связи с сокращением объемов экспорта газа и падением цен на него. На ваш взгляд, может ли эта ситуация отразиться на экономике Беларуси и насколько серьезно?

Леонид Желтонога:«Сланцевая революция» — это не только падение цен на газ в четыре раза в США и ожидание будущего падения цен на нефть, но и более серьезные, кардинальные изменения. Потому что любое резкое изменение торговых и фи­нансовых потоков в одних местах земно­го шара обязательно должно быть в та­кой же степени компенсировано в дру­гих местах.
Почему это все должно беспокоить нас? Торговый дефицит США является крупнейшим — на его долю приходится около трети всего суммарного общеми­рового дефицита. То есть США как бы дают возможность развивать экспортный потенциал многим странам мира — Япо­нии, Китаю и другим, которые имеют торговый профицит. Получается, что «сланцевая революция» приведет не только к падению цен на газ и в пер­спективе — на нефть, а еще и к тому, что США резко сократят свой торговый дефицит. По прогнозу многих экспер­тов, США станут страной, не импорти­рующей энергоносители, а, наоборот, их экспортирующей. В лучшем случае тор­говый дефицит Америки останется, но резко снизится. Тогда вопрос: куда пой­дет высвобождающийся поток капитала? Германия и Голландия экспортировать в Грецию, Испанию, Португалию в том объеме, в котором экспортировали до кризиса, уже не могут. Следовательно, в этих условиях Беларусь ждет еще бо­лее увеличивающийся дефицит внешней торговли со всеми вытекающими отсюда последствиями.

 

3.     Не считаете ли вы, что рамки Таможенного союза и Единого экономического пространства, административные рычаги, сосредоточенные в Москве, не позволяют белорусскому руководству ставить и решать приоритетные задачи для национальной экономики? И наоборот, вынуждают соглашаться с навязанными и невыгодными решениями?

 Леонид Желтонога:  Административными методами проб­лемные вопросы, о которых говорилось выше, не разрешить: ситуация сильнее административных методов. Мы ничего не можем с этим поделать, противосто­ять мировым угрозам практически не­возможно. Нас все равно через некото­рое время ждут более серьезные пробле­мы, связанные с торговым дефицитом. Нам нужна структурная реформа эконо­мики, без нее мы не обойдемся. А этого уж нам Москва делать не запрещает.
Причем проведение структурных ре­форм должно осуществляться с целью получения структурного торгового про­фицита, а также создания финансовой инфраструктуры, обеспечивающей ре­циркуляцию избыточного притока капи­тала для финансирования экспорта.
В результате кризиса еврозоны и «сланцевой революции» в США в ми­ровой финансовой системе появится до­полнительный избыточный капитал. И если даже часть этого избыточного ка­питала абсорбирует экономика РБ, то неизбежны рост торгового дефицита, ин­фляция, пузырь на рынке недвижимости и последующая девальвация. Поэтому ребалансировка нашей экономики в 2011 году без структурных реформ, которая совпала с ребалансировкой гре­ческой экономики, закончилась прова­лом. Чтобы у нас был торговый профи­цит, нам нужно этот капитал рециркулировать на экспортные операции, как это делает Китай.

Наши контакты 

    АДРЕС:
  • г. Минск, Партизанский пр-т 77, 10-й корпус БНТУ. каб. 403
    Телефоны:
  • городской (017) 295-42-25; 296-45-60
  • сотовый (029) 103-91-06 Велком
  • эл. почта: ipkbntu@yandex.ru

Видео презентация